О путях спасения

Print This Post
(1 голос: 5 из 5)


Святейший Патриарх Алексий II
О путях спасения, о современном мире, о служении Русской Православной Церкви
На пороге XXI век, кончается век XX. Привычно было бы сказать: «Истекает второе тысячелетие». Но есть в этой формуле какая-то безучастность. Для нас же, христиан, эти два тысячелетия не были просто временем, в котором мы жили, и временем, которое просто прошло через наши жизни. Это время, отпущенное нам Богом для нашей работы по созиданию истории. И потому «не истекает второе тысячелетие», а «мы пришли к концу второго тысячелетия нашей работы по преображению мира». Способствовали ли наши труды расширению присутствия Божия в мире и в нашей жизни? Две тысячи лет человек пытается понять, что значит «быть христианином». Были и есть ошибочные решения. И ошибочных, пожалуй, было больше, чем удачных. Но ведь в конце концов именно этот вопрос и будет единственным на нашем самом главном и последнем экзамене.
* * *
Россия нужна не только самой себе, но и всему миру, как Россия Феофана Грека, Андрея Рублева, Пушкина, Достоевского, преподобного Сергия Радонежского и Серафима Саровского.
* * *
Преподобный Исаак Сирин говорил, что «вся Церковь есть Церковь согрешающих, вся Церковь есть Церковь кающихся». Церковь свята не святостью своих членов, а святостью Христа, Который живет и действует в ней. Если мы этот даваемый талант не умножаем — мы грешим. У каждого из нас есть грехи перед Богом и перед ближним. Грешна ли Русская Церковь перед русским народом? Но что такое Русская Церковь, как не сам народ, взятый в его духовном устремлении? У Русской Церкви в целом нет греха, отдельного от греха русского народа.
* * *
Мы много говорим о загрязнении окружающей среды, но часто забываем, выпускаем из вида, как осквернена и загрязнена горница, где должен обитать Бог, — душа человека, живущего сегодня. Поврежден природный мир, и повреждена человеческая душа.
* * *
Глаза боятся — руки делают. Эта русская пословица — о работе. Когда отстраненно посмотришь на религиозную запущенность российского общества, становится страшно. Но когда видишь, как-то в одном, то в другом человеке зажигаются огоньки веры, любви, кротости и молитвы, отчаянье уходит. Мы не знаем, какие судьбы ждут Россию, но мы должны исполнить свой христианский долг. Мы должны нашу радость о Христе Воскресшем подарить как можно большему количеству людей.
* * *
Трагедии нет места в жизни православных христиан. На все времена мы искуплены жертвенным подвигом Христа. Может быть, не было в человеческой истории столетия мрачнее и разрушительней, беспощаднее относившегося к живому в человеке, агрессивнее стремившегося изничтожить живущие в душе высокие идеалы. Только древняя Церковь, Церковь первых веков, может сравниться с нашим веком по числу мучеников и исповедников. Сотни безвинно погибших предстательствуют перед Престолом Божиим. Врата адовы не одолели ее.
* * *
Известно, что подобное открывается подобному. Взирая на икону, дозволим иконе взглянуть в наше сердце и найти в глубине его нечто созвучное ей. По нашему убеждению, духовный опыт иконы и Церкви не может быть до конца чуждым человеку — даже такому, которому кажется, что он бесконечно далек от религии. Ведь, по слову одного из первых христианских мыслителей, «душа по природе своей христианка».
* * *
Православное богословие в отличие от западно-христианского грехопадение осмысливает прежде всего как болезнь, а не юридическое состояние. Дело не в гневе Божием на преступление человека. Дело в болезни самого человека. И Бог делает все, чтобы изменить человека (а не просто снять с него «судимость», юридически помиловав его). Но нельзя менять человека без его на то свободного согласия. Христос принес нам возможность преображения. От личного же выбора каждого человека и каждого сообщества людей зависит, будет ли действен Крест Христов в нас или нет.
* * *
Духовная мудрость человека определяется его отношением к тем несчастьям, которые постигают его самого, его народ, Родину. Она измеряется тем, в какой степени мы готовы принять, осознать и, если хотите, оправдать те страдания, которые постигают всех нас. Распознать в них не какую-то случайность, а крест, тяжелый крест, через который человек и должен обновиться, прийти к спасению.
* * *
На рубеже тысячелетий Россия являет собой парадоксальный феномен, на одном полюсе которого тысячелетняя духовная традиция Православия, вошедшая в кровь и плоть нашего народа, а на другом — одна из самых безнравственных масскультур конца XX века. Вседозволенность и отсутствие каких-либо духовных ориентиров, с одной стороны, и одновременно жадные поиски любой духовности, с другой, — вот сегодняшняя реальность. Нам придется действовать так, чтобы каждый услышал и понял голос православия, и чтобы с этим голосом Православия каждый, живущий в России, соотносил бы свое слово и дело. Это — та высота общественного служения, которую всем нам предстоит взять огромным интеллектуальным и духовным усилием. Это будет воистину жертвенным служением Церкви ради спасения всех тех, кто об этом взывает, и тех, кто растерянно оглядывается вокруг в поисках духовных ориентиров. Борясь за Православие, мы участвуем в апокалиптическом борении Церкви с наступлением века антихриста. Внутренняя миссия нашей Церкви, таким образом, превращается во всемирное миссионерское служение Православия.
Материалы опубликованы в журнале «Русский Дом» № 1, 2000 г.


Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *